Прибавьте к этому техническую неряшливость, луч прожектора, который без конца выхватывает кого-то из темноты и часто не сразу попадает на лицо человека, шарит где-то в стороне, – и вы поймете, отчего постепенно исчезает заинтересованность в происходящем и рождается вялое равнодушие. Выходишь после такого спектакля на улицу – и вдруг охватывает чувство свободы, воздуха, красоты и многообразия. Огромный город подступает со всех сторон, гудит, шевелится, постепенно стихает к ночи. И это ощущение жизни и вашего с ней единения вспыхивает так остро и охватывает так полно, что странным калюется здание, называемое театром, в котором вы только что провели три часа, и томились, и отвлекались на собственные мысли… На одном из тех концертов, которые называют «сборными», исполнялась инсценировка чеховского рассказа «Злоумышленник». Играли известные московские артисты. И хотя, вынесенное на концертную площадку, их искусство приобретало некоторый налет эстрадности, можно было узнать мастеров знакомой театральной школы. Спокойная будничность интонаций и простота актерского поведения были приметами той школы, которая требует, чтобы на сцене было «как в жизни».
